О проекте

      Основные установки проекта прописаны в Концепции энциклопедии.

      Достигнутое за все время реализации проекта (с февраля 2014 г.) показывает, что Концепция оправдала себя и что Словником был заложен надежный фундамент. Руководители проекта взвешенно выстроили их апробацию, а также информирование научного и музейного сообществ о работе по проекту. Редакционный совет стал действенным инструментом работы над энциклопедией.
       Скорость продвижения к цели (изданию энциклопедии) существенно выше средней для энциклопедических проектов, сопоставимых с нашим, чему в немалой степени способствуют работа сектора издательских проектов (он ведет проект), правильная
постановка приоритетных задач на каждом из этапов реализации проекта, настойчивость в получении желаемого результата.
        Избранная стратегия реализации проекта позволяет достичь цели – в максимально сжатые сроки скомплектовать и отредактировать рукопись (статьи + иллюстрации).

 

        Отмечу, что в поступивших статьях как в зеркале отображены и достижения в области исследования литмузеев, – и лакуны, научные проблемы, пока еще не решенные музееведением, литературоведением, историей музейного дела и литературы,
культурологией.
       С одной стороны, уровень изученности литмузеев таков, что он позволяет создать статьи по всему спектру статей, заложенных в словник, с другой – полученные стать подтвердили недостаточную изученность ряда основополагающих вопросов истории,
современного состояния, направлений деятельности литмузеев, констатируемую в Концепции, сложность выявления и анализа информации. Из-за ее разрозненности и большого объема достижение цели (цитирую Концепцию: «аккумулировать обобщенную,
систематизированную, выверенную информацию») требует больших и систематических усилий и авторов, и редакторов – и даже при этих условиях не всегда эта цель оказывается достижимой.
      Нам довольно часто приходится объяснять авторам, что:

      – тексты нужны оригинальные, а не те, что используются на сайтах, в буклетах, других публикациях. Мы не можем, не имеем права и не будем буквально воспроизводить тексты, опубликованные в других энциклопедиях и словарях, на сайтах и других информационных ресурсах (потому, что такие затраты труда и времени на подготовку энциклопедии бессмысленны, и еще потому, что нарушение прав авторов и издателей чревато конфликтом с законом);
      – информация нужна точная, конкретная и выстроенная в соответствии со схемой для данного типа статей (кем или какой организацией создан музей; кол-во ед. хр. в фондах и характеристика фондов; авторы и проектировщики, характеристика экспозиций; точные даты и
названия и т.д.), а авторы на своем опыте видят, что добывать ее очень и очень непросто;
     – те или иные музейные объекты (памятные места, мемориальные здания и т.п.) значимы для истории и культуры России и мира, и это нужно показать в статье;
     – энциклопедия «Литературные музеи России» репрезентирует именно литмузеи, а не литературу и жизнь и творчество писателей, поэтому в статьях о музеях давать их биографии не нужно, а вот давать информацию о том, как именно писатель был связан с местом, где расположен музей, нужно;
     – описывать пейзажи, давать оценочную информацию, цитировать чьи-то высказывания (о месте, о писателе и т.д.) в энциклопедической статье не нужно (из этого правила есть и исключения, что показали некоторые статьи, но это именно исключения).

     Основная часть вопросов по наполнению информацией всех позиций схем статей снимается на стадии приемки статей (что в большинстве случаев делает ее многоэтапной), а проверка сведений и доработка текстов осуществляется на стадии редактирования.                 Изложенные выше проблемные моменты перекрываются моментами позитивными.

     Поступившие статьи свидетельствуют о правильности нашей стратегической
установки на актуализацию литературного наследия во всей его полноте и разнообразии, в сопряженности с текстами культуры и культурным контекстом нашей и предшествующих эпох, в также о правильности критериев отбора объектов, примененных нами при
составлении концепции и словника.

     Так, на стадии обсуждения словника тема «пограничья», «наивных музеев», протомузеев, рождающихся на наших глазах, стала одной из самых дискуссионных. В ходе обсуждений некоторые коллеги высказывали сомнения в правомочности включения в энциклопедию статей по школьным и вузовским музеям, музеям и экспозициям в библиотеках, частным музеям, культурным центрам, имеющим профильные для нас экспозиции.
     Полученные статьи подтвердили, что такого рода музеи, экспозиции, центры реально выполняют практически весь набор социальных функций музея: документирование (с хранением и изучением музейных предметов), образовательно- воспитательную, рекреационную, коммуникативную, репрезентативную, информационную, эстетическую. Как правило, в их собраниях имеются аутентичные
свидетельства прошлого, в т.ч. мемории, часть из которых репрезентируется в экспозициях. Большинство из них являются центрами притяжения для местных жителей, активно участвуют в сохранении памяти о писателях и литературе, в меморировании
культурного пространства своего населенного пункта, региона. В ряде случаев наше обращение к сомнительным с точки зрения коллег музеям пробуждало у этой части хранителей литнаследия надежду на то, что с такими трудами собираемые ими свидетельства того, что потомки помнят того или иного писателя, не будут утрачены.
     Дискуссии вызвало включение в словник музееведческого блока статей, в т.ч. статей терминологических. Музееведы мотивировали их исключение тем, что это есть в других энциклопедиях и словарях. Однако авторы большинства поступивших статей о музеях употребляют ограниченный спектр терминов. При попытках расширить его и использовать вместо длинных описаний давно утвердившиеся в музееведении термины («документирование», «репрезентация» и т.п.) часто выяснялось, что авторы об этих терминах не слышали или используют их произвольно (показательный случай – путаница с терминами «музейное собрание» и «музейная коллекция»). В силу недостаточности музееведческих знаний им сложно формулировать дефиниции и классифицировать свои музеи (цитирую: наш музей не литературный – он мемориальный; наш музей – не музей, потому что он в структуре вуза и не является юрлицом). Для изменения данной ситуации такие статьи необходимы: они помогут повысить уровень музееведческой культуры сотрудников литмузеев, а эта задача в числе прочих была поставлена в Концепции.
    С удовлетворением констатирую, что большинство откликнувшихся на наше обращение авторов и музеев подошли к написанию статей с высокой ответственностью, пониманием и научной скрупулезностью. Многие статьи содержат новую актуальную информацию, отсутствующую в других энциклопедиях (например, о недавно скончавшихся музейных деятелях, о недавно созданных музеях), являются
оригинальными авторскими статьями, мини-исследованиями.
     Примерно 70 % из биографических статей удовлетворяют основным критериям, предъявляемым к статьям в энциклопедии, либо нуждаются в незначительной доработке. Еще примерно 20 % статей могут быть приняты при более полном раскрытии автором музейной деятельности героев статей и более четкой привязке к тематике энциклопедии. Лишь применительно к 10 % статей можно говорить о том, что авторы не имеют опыта по написанию энциклопедических статей (их статьи больше напоминают критические или биографические эссе, излишне субъективны или вторичны).

     Целенаправленная работа по установлению и развитию контактов с научным и музейным сообществами привела к формированию групп поддержки проекта на местах и получению блоков статей высокого качества, проходивших серьезное обсуждение в музеях:
     из ГМП, музея Л.Н. Толстого, «Дома Высоцкого на Таганке», музея Маяковского, ИМЛИ РАН
(Москва);
     из Фонтанного и Пушкинского домов (Петербург);
     из музейных объединений (Объединения государственных литературно-мемориальных музеев
Пензенской области, Орловского объединенного гос. лит. музея И.С. Тургенева, Объединенного музея
писателей Урала);
    из музеев-заповедников («Болдино», «Михайловское», «Хмелита», «Щелыково», «Ясная поляна»);
    из Национального музея Республики Марий Эл (зам. директора по науч. работе Е.П. Кузьмин);
    из Кировского обл. краеведч. музея (д.и.н., директор М.С. Судовиков);
    из Тамбовской области (Л.В. Полякова, научный руководитель Института гуманитарного и
социокультурного образования Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина);
   Курганской области (декан истфака КГУ Д.Н. Маслюженко)
   из Чистополя (Д.В. Кондрашин);
   по есенинским музеям (М. Скороходов);
   по шолоховским музеям (музей-заповедник М.А. Шолохова).